ФЭНДОМ


...Я остановился в шаге от оставшегося за спиной тёплого и мерного урчания. Пересушенные глаза щекотало и покалывало, словно предшествующие несколько часов их обладатель не мигая всматривался в одну точку. В памяти смешивались картины бегущих навстречу лугов и полей, проносящихся мимо рощиц, придорожных столбов, извивающейся асфальтовой ленты дороги, и необъятного простора чистого синего неба. Хотя нет, это сейчас оно синее, в пути было и нежно-фиолетовым, и розовым. Кажется, ещё и серым дождевым. В пути... Откуда-то всплыло воспоминание: ощущение ласковых рук, обнимавших... меня? И тихий девичий шёпот... Короткая, почти мальчишеская стрижка, светло-бирюзовый оттенок волос... Или фиолетовый блонд до плеч? Или рыжая коса... Где и когда это было? Я наконец моргнул. Навернувшиеся слёзы заволокли взгляд туманной дымкой и заставили шмыгнуть носом. Нет, не от избытка чувств -- похоже, остаток дороги я действительно продремал с открытми глазами. В голове тихонько звенела ватная пустота, мысли двигались вяло, неохотно. Как занемевшие. Окружающий мир сузился и отдалился, будто наблюдаемый из самой глубины колодца, которым стал мой взор. Где-то наверху, осталась яркая действительность, лишь отголосками проникающая сюда, на дно.

-

Невнятные сначала, похожие на старые чёрно-белые фотографии, отголоски постепенно оформились в детали, которые в свою очередь оказались частями, составлявшими цельную картину.

Асфальтовая площадка, на краю которой примостился знак автобусной остановки, упиралась в приоткрытые металлические ворота. По обе стороны от ворот на кубических постаментах замерли почти безликие фигуры горнистов. Грубо обозначенная одежда статуй намекала на какую-то униформу. При чём униформа казалась смутно знакомой. "Пионер-лагерь", -- гласили чуть тронутые ржавчиной металлические буквы на створках ворот. Слова почему-то близкие и знакомые, но связанное с ними понятие ускользало. Вентиляционные решётки в стенках постаментов недвусмысленно намекали на наличие подземного сооружения. Вправо и влево от ворот продолжался забор из не очень ровной кирпичной кладки. Ухоженный и почищенный ближе к площадке, и основательно подзаброшенный в отдалённых от неё частях. Местами даже поросший угнездившимися в стыках сорняками.

-

Пионер это первопроходец, разведчик и почти гайдар. А ещё межпланетная станция. Лагерь -- временная стоянка, опорный пункт. Не, что-то всё равно не сходится. Да и не писали так никогда. Стоп, кто и где не писал? Мелькнувшая в памяти ниточка, казалось, вела к близкой разгадке. Но только лишь казалось.

-

А, ну точно! Пионерский лагерь. Меня таки отправили, не смотря на все возражения. Смутная сцена спора с родителями. Почему они так настойчиво пытались меня спровадить? Без малейшего понятия. Что-то связанное с учёбой. Или это в другой раз было?

-

***

На знаке остановки 410-й номер. А что было написано на том, из которого я вышел? 1313, кажется, или нет -- это бортовой. А маршрут? Вот так, вот. Поймал себя. Понял, что совершенно не помню, как выглядел только что стоявший здесь автобус. И уж, тем более, его водитель. А водитель вообше был? Полный провал. Зато всплыли слова из детской старшилки. Про "Только не смотри в кабину", впрочем, cодержимое истории так и осталось сокрытым в туманной дымке. Да что же это?! Повинуясь внезапному импульсу, я двинулся с места и почти бегом отправился вслед за автобусом. Даже не почти -- чуть не сразу сорвался на бег. Пробежка продолжалась недолго. До ближайшего поворота. Местность оказалась довольно ровной, почти плоской. Немного петляющая и иногда скрывающаяся в деревьях дорога отсюда просматривалась почти до горизонта. И никакого Икаруса, разумеется, уже не наблюдалось. Вот тебе и неторопливость. Не городской транспорт -- ракета. Или его там по пути черти побрали... А, может, и вовсе не было никакого автобуса? Ведь, ни единого воспоминания о том, как я в него входил или из него выходил. От этой мысли стало совсем уж не по себе. Я остановился, немного согнувшись и упершись руками в бёдра. Находящееся почти в зените солнце палило нещадно, да и физическая форма оставляла желать лучшего. Во рту пересохло, в боку неприятно покалывало, стремительно намокающая от пота рубашка липла к спине. Асфальт ещё не успел до конца прогреться, но уже сейчас источаемый им зной делал пребывание на дороге весьма некомфортным. Отдышавшись я вытер пот со лба тыльной стороной предплечья. Снова окинул взглядом окружающее пространство. Тишь, да пастораль. Лето во всём своём великолепии. Лёгкий ветерок нёс терпкий запах луговых трав. Наверное, и не только трав. Невидимые птицы изредка разбавляли своими голосами зудение согревшихся на солнцепёке кузнечиков. Хотя, не рановато ли для них? Впечатление не портила даже разрезающая картину пополам линия электропередачи. А, ведь, пару минут назад всё это оставалось за порогом сознания. Казалось, ощущения ждавшие момента, чтобы застать меня врасплох, наконец решили, что таковой настал, и навалились все разом. И не только касающиеся пейзажа с погодой. Ремешок наручных часов находился слишком высоко и был затянут слишком туго. Если вспонить, так я носил часы в младших классах. Расстёгивать было лениво. Пришлось стянуть браслет вниз по руке, до кисти. "Электроника". На ЖК-индикаторе 11:27, моргающие в такт уходящим секундам точки. По следу, оставшемуся на коже, понятно, что один из шурупчиков на обратной стороне корпуса явно не родной. Он-то и причинял основной дискомфорт. Тяжёлое и округлое, болтающееся на левом боку, оказалось висящей на ремне, армейской фляжкой. Видавшей виды, чуть помятой, да облупленной. Судя по плеску, наполненной где-то наполовину. Я скрутил крышечку, сделал пару глотков. Вода успела нагреться и приобрела оттенок специфического "термосного" запаха. Но обезвоженный организм принял на ура и такую. Карман шортов неудобно оттягивал массивный угловатый предмет. Калькулятор! Я же его, наверное, раздавил! Вместо ожидаемой плаcтмассовой коробочки, рука нащупала гладкий металл и пистолетную рукоятку. Я недоверчиво извлёк находку из кармана. Потёртые накладки с символом знака качества на анатомической рукояти, рёбра подёрнутых окалиной радиаторных пластин вдоль толстого ствола. На корпусе красовалась выдавленная надпись "ОРУС". И всё. Ни серийного номера, ни клейма завода -изготовителя. Руки сами выщелкнули батарею -- заряжена почти полностью. Движение вышло привычным, абсолютно автоматическим. Та-а-ак. А пионер, похоже, давно готов. Почему в моём кармане оружие для... "охоты на Сэтавра?" -- ехидно закончл фразу молчавший до поры внутренний голос. Сморщившись, я отвёл глаза от лежащего в ладони ОРУСа. Подсознательные ощущения утверждали, что это именно настоящее оружие, а не игрушка. Взгляд зацепился за попавшуюся на его пути опору ЛЭП. "Здесь красивая местность", -- не унимался внутренний голос. Ну-ну. Желание любоваться видами природы стремительно улетучилось. Подутихшая было голова снова разболелась.

Прикрыв глаза, я помассировал виски пальцами левой руки. Яркий свет оставил после себя медленно угасающие желто-зелёные блики. Ладно, всё логично. Раз вместо калькулятора в кармане пистолет, то есть риск и встретиться с этим самым "тавром" не на тетрадном листке и не в регистрах ПМК{/Б3-34}. Оружие с батареей вместо обоймы, правда, как-то иначе должно называться. Но пусть пока будет просто "пистолет". Постоял ещё немного прислушиваясь не то к своим ощущениям, не то к звукам ветра. Ветер ничего нового, кроме очередного аккорда кузнечиков не принёс. А личные ощущения предлагали поскорее убраться с солнцепёка. Тяжело вздохнув, я развернулся и побрёл обратно к воротам. Надо отдать должное, не смотря на жару дышалось исключительно легко. Основательно отвыкший от чистого воздуха организм до головокружения жадно впитывал кислород.

-

Около ворот обнаружилось ещё кое-что, незамеченное ранее. На асфальте, прямо напротив знака автобусной остановки, стоял довольно туго уложенный рюкзак типа "колобок". Сразу пришло понимание: мой. Хотя, опять же, ни единого воспоминания о том, как собирал это изделие из выцвевшей холщовой ткани, или как выгружал его из транспорта. Радовало только, что колобок некрупный. Варианты объёмом побольше называли "смертью туриста" совершенно заслуженно.

-

Продолжая расматривать рюкзак, машинально попытался отправить всё ещё находящееся в руке оружие в кобуру. Да так и замер с засунутым между пуговицами рубашки стволом. Со стороны, наверное, выглядело довольно глупо. На пионерской форме кобуры, конечно же, не предусматривалось. Не только набрюшной, но и какой либо ещё. А подобная "машинальность" начинала немного нервировать. За воротами послышались чьи-то шаги. Я быстро присел перед рюкзаком, торопливо пытаясь спрятать оружие в один из его карманов.

-

Шаги затихли. Я как раз поднял голову, чтобы взглянуть в сторону ворот. Прислонившись к торцу приоткрытой створки в проходе стояла девушка лет шестнадцати и рассматривала меня с нахальным любопытством. Зелёные глазищи, копна взъерошенных светлых волос, волной ниспадающих на лопатки. Обрамлённое непослушными прядями загорелое скуластое лицо с тяжеловатым, но остреньким подбородком. Лезущая в глаза чёлка и задорный вихор на макушке. Ладная крепенькая фигурка -- про таких говорят: "широкая кость". Одежда незнакомки напоминала униформу одной из статуй: белая рубашка (или у девочек это блузкой называется?) с довольно небрежно повязанным красным галстуком, только вместо юбки наличествовали явно великоватого размера шорты, с подвёрнутымм снизу "штанинами" и перетянутые ремнём с блестящей бляхой. Интересно, заметила ли она, что именно я пытался утаить от постороннего внимания?

-

-- Ну как, насмотрелся? -- без тени смущения поинтересовалась незнакомка, почти нарочито копируя часто мелькавшую в польских журналах мод позу: голова гордо поднята, рука на талии, одно колено выставлено вперёд. На выставленной коленке желтел след от уже почти сошедшего синяка.

Будто это я начал затянувшуюся игру в гляделки.

-- А... Д-да. -- внезапно согласился я, продолжая немного ошарашенно рассматривать собеседницу. Голос предательски точно воспроизвёл интонацию "глухонемого" Семёна Семёныча из Бриллиантовой руки.

-- Ты ещё один новенький? -- полуутвердительно продолжила девушка, -- Я думала, опоздавшие уже все заехали.

Створка, на которую она опиралась, поддалась и со скрипом поехала назад.

Девчонка ойкнула, разом потеряв всю модельную грацию, и попыталась обеими руками ухватиться за ускользающую опору. Но не тут-то было: тяжёлая створка увлекла её за собой, заставляя выполнить акробатичекое `па`, чтобы остаться на ногах. На ноге точнее -- вторая взлетела в воздух почти на уровень груди. Незнакомка, скофузившись, осторожно отцепилась от ворот и приняла вертикальное положение. Впрочем, смущения её хватило ненадолго. Машинально вытирая о шортики испачканые в ржавчине руки девушка направилась ко мне. По пути продолжая изучать насмешливым взглядом и меня самого, и мой нехитрый багаж.

-- Ого, как основательно собрался, -- вынесла она свой вердикт, -- Не из турклуба, случайно?

-- Что из турклуба?

-- Да, ты! -- хихикнула собседница, -- Не турист? Рюкзак набит, будто не в лагерь приехал, а в поход готовишься. Вон, даже компас болтается!

Разглядела, его где-то егоза глазастая. «Турист-турист» -- согласился внутренний голос.

-- Тебя хоть подвезли? -- продолжала любопытствовать девчонка, -- Или вообще своим ходом добирался?

-- На автобусе, -- хмуро ответил я.

-- Так рано? -- удивилась девушка, -- Он обычно позже приходит. А и где же тогда автобус?

А и правда, где?

-- Уехал, -- меланхолично почти пожал плечами.

Ну что ты ко мне привязалась со своими распросами?

-


***

Я оказался снизу, но тут же воспользовался предоставившейся инициативой, грубо скинув врага и в свою очередь ухватив его за шею, придавливая земле. Его?! Уже летящий кулак ушёл всторону. И, вместо того, чтобы прямой наводкой впечататься под в девичий подбородок, вскользь проехал по челюсти. В сощурившихся ореховых глазах даже после удара читалось только искреннее удивление. Не успевшую начаться немую сцену закончил кто-то из малышни посмелее, оказавшийся за спиной и таки выплеснувший на меня содержимое ведра. Потоком воды накрыло и противницу. Я отпустил шею рыжей и вскочил на ноги. Выражение лица, похоже, было достаточно зверским, чтобы наутёк бросился не только новый обидчик, но и его "команда поддержки".

-

Да что я делаю?! Пелена ненависти медленно отступала, сменяясь притуплённым чувством стыда. Не оглядываясь на рыжую, подхватил свой рюкзак и, забыв уже, куда собирался направиться первоначально, ломанулся напрямик через кусты, куда глаза глядели. Мокрая одежда холодила тело и сковывала движениия, в левом кеде хлюпало. Самое главное, что какой-то вины за собой я совершенно не ощущал. Откуда тогда этот неожиданный сплин? Ну вожатые проработают, если узнают. Так нечего лезть было. Не отправят же обратно, в самом деле.

"Совсем ты, братец, как пионер рассуждаешь", -- незамедлил подключиться внутренний голос.

Угу. Повстречал пару симпатичных девчонок и мгновенно забыл, что для такого как я все эти лагеря -- маленькая тюрьма.

-


???

Вот ты где! Калькулятор всё же нашёлся. Под клапаном рюкзака, аккуратно завёрнутый в свитер. В ответ на щелчок выключателя приветливо загорелся зелёный индикатор.

1 ВП 56 Fx^2 Fx^2 F1/x Fx^2

Это вам не Конами-код! С чувством глубокого удовлетворения я выключил машинку и спрятал её обратно в рюкзак.


***

-- Славяна, что ты... - я осёкся, увидев, за чем она пришла на эту уединённую полянку.

Стоящая спиной к девушке фигура в пионерской форме рассмеялась. Неестественно ровно, словно каждый следующий смешок был клоном предыдущего. Моим голосом. За кустами и деревьями обозначились ещё несколько силуэтов-близнецов. Славя оглянулась на меня и, начиная осознавать происходящее, попятилась. Пять, нет, шесть гхол. Слишком много и слишком близко. Так просто их остановишь. Со звуком заряжающейся фотовспышки ожил чуть ли не самостоятельно оказавшийся в руке ОРУС. Смеявшаяся фигура замолкла и, вывернувшись, будто в её теле не было костей, рванулась к девушке. Быстро, слишком быстро. Окружающий мир начал замедляться, увязнув в потоке разгоняющегося восприятия. Я выстрелил -- всё таким же слитным автоматичеким движением. Копия ухватила Славю за плечо, но больше ничего сделать не успела. ОРУС коротко и неприятно не то рыкнул, не то звякнул, на краткий миг соединив кончик ствола с силуэтом противника яростным огненным шнуром. Вспышка. Попадание швырнуло гхолу на землю, разворотив половину грудной клетки. Близкий взрыв ослепил Славю и оттолкнул её в противополжную сторону. Потерявшая равновесие девушка начала неловко заваливаться на правый бок, но перед падением всё же успела сгруппироваться. В гибкости она, пожалуй, могла бы с гхолой посоперничать. Но это я отметил уже краем глаза, переключившись на новую мишень, успевшую подобраться сбоку и, казалось, собиравшуюся для прыжка. Неожиданно, тоже вышло слишком близко. Сбивая дыхание в лицо ударила густая волна горячего смрадного воздуха. В грудь мягко, но сильно толкнуло, что-то пребольно приложило по макушке -- я запоздало отшатнулся и, пытаясь присесть, по инерции упал на колено. Видимо, прыгнуть гхола всё же успела, однако, получив импульс в брюхо, так и не долетела. По крайней мере, не вся. На всякий случай ещё раз выстрелил в лежашее тело. Затылок наливался тяжестью, мимо уха и далее по шее зашиворот неспеша потянулись вязкие тёплые капельки. Не пытаясь подняться, продолжил огонь с колена. Вспышки били по глазам, превращая предвечерний сумрак в почти непроглядную темноту, раскрашенную радужными сполохами. А в голове колотилась единственная мысль: свалить их всех пока ещё могу. Оставшихся гхол я скорее чувствовал, чем видел, но чувство это оказалось острее зрения. Ещё восемь или девять выстрелов. На противополжной стороне поляны начал тлеть кустарник, где-то за ним шумно рухнул на землю ствол перебитого дерева. Четыре гхолы сломанными манекенами лежали на поляне. Остальные попадали вне зоны видимости. Запястье руки, державшей ОРУС, свело от напряжения.

-

Подавив порыв немедленно броситься к Славяне, я ещё немного просидел в неудобной позе, продолжая подрагивающей рукой удерживать поляну на прицеле. Муть в глазах потихоньку рассеивалась. Подозрительного движения за кустами больше не наблюдалось. Так что теперь больше беспокоило, что моя спутница тоже не пыталсь пошевелиться.

-

-- Ты понимаешь, что ты наделал?! -- от интонации славиного голоса хотелось втянуть голову в плечи.

Рассерженная пионерка рванула оружие из моих рук, чуть не выворачивая пальцы.

-- Откуда у тебя это?

-

-- А ты посмотри внимательно! Похоже это на человеков?!


???

Огни стоп-сигналов удаляющегося автобуса гаснут вдали. Это они -- молодцы, даром что Сыроежкина чуть ли не пинками пришлось в автобус грузить. Но уехали вовремя. Нам только что теперь делать? Я сделал ещё несколко шагов по дороге, а потом остановился, да и сел прямо на асфальт. Догнавшая Славяна молча понависала надо мной, но быстро сдалась и опустилась рядом, упершись своим разгорячённым плечом в моё. Я лениво повернул голову, чтобы взглянуть назад, почти соприкоснувшийсь своей щекой по славиной. Впорочем, вид через плечо совершенно не порадовал. Выбирающиеся из леса гхолы, хрипя и улюлюкая, как заправские зомби, неровным строем ковыляли в нашем направлении.

Обнаружено использование расширения AdBlock.


Викия — это свободный ресурс, который существует и развивается за счёт рекламы. Для блокирующих рекламу пользователей мы предоставляем модифицированную версию сайта.

Викия не будет доступна для последующих модификаций. Если вы желаете продолжать работать со страницей, то, пожалуйста, отключите расширение для блокировки рекламы.